Герани

Когда лес справит праздник свежей листвы, а просторные июньские дни раздадутся во всю
ширь, начинается пора герани – луговой, лесной и болотной. Лиловые и пурпуровые сполохи
лепестков тогда заметишь в перелеске средь раскидистых папоротников, по краям
суходольного луга, на межах, перелогах и даже вдоль зеленых сельских улиц, где герань
пышно разрастается по соседству с неприхотливым спорышем. Растение это – неизменное
украшение отечественной флоры. Радует нас пучками цветущих стеблей до самого спада
лета, когда на месте осыпавшихся цветков вдруг появляются причудливые плоды, вроде
длинных птичьих клювов. Древние греки находили, что такие плоды походят на журавлиные
клювы. Слово «герань» с греческого… буквально «журавельник». Прижилось это прозвище за
травкой и у нас.

    У всех гераней как бы заветное число пять: венчик составлен из пяти свободных лепестков,
пестик с пятью столбиками, завязь пятилопастная. Растение многолетнее, с одиночным или
несколькими жесткими стеблями, поднимающимися над пятираздельными листьями.
Верхушка стебля липкая, будто измазана клеем. Это неспроста: так герань защищает пыльцу
от поедания мелкими насекомыми – клейкий пояс не даст им переползти к цветкам.

    На тучных сухих землях журавельник разрастается пышный, высокий; на степнистых
суходольных лугах – приземистый, худородный. Пасечниками ценится за медоносность, но
вообще-то эта трава большого хозяйственного интереса не представляет. Разве что из нее
когда-то добывали зеленую краску. На лугу скотом не поедается, хотя в сене и любима
стойловыми животными.

    В народе журавельник луговой слыл как грабельник: заостренные плоды травы напоминают
зубья грабель. Луговую герань называли голубиный цвет, конечно же из-за синих и лиловых
лепестков; орлиная лапка, придорожная иголка, позвоночки – каждая из этих кличек герани
навеяна впечатлением от ее внешнего вида. Бытовали названия и чисто лекарственного
происхождения. Вот они – костолом, прострелка, уразная трава. Старинные врачеватели
отварами из журавельника обмывали и обтирали бок больному, страдающему от колик.

    Настой из травы и корней герани луговой в народной практике издавна применяли при
поносах, дизентерии, кровотечениях и при болезнях почек. Две чайные ложки измельченных
сухих листьев и корней заливают двумя стаканами кипяченой холодной воды. Настаивают 8
часов, после чего настой пьют по половине стакана четыре раза в день.

    Герань собирают в пору цветения, срезая верхушки стеблей. Сушат в тени, как и другие
лекарственные сборы. Сушеными прикорневыми листьями можно заваривать чай, напиток
получается достаточно вкусным.

    Герани в Подмосковье встретишь повсюду: на лугу будут луговые, в лесу – лесные.
Поначалу покажется, и разбору в них нет, а приглядишься – разные они. Герань лесная
(Geranium silvaticum) в отличие от луговой увенчана пурпуровыми и фиолетовыми цветками на
прямостоящих ножках (у луговой цветоножки пониклые). Растет она на почвах более влажных,
а потому чаще попадается в светлых хвойных и смешанных лесах, прирусловых поймах,
богатых плодородным наилком, в оврагах.

    Весной эта трава сперва выгоняет прикорневые листья на длинных шерстистых черешках,
затем отращивает стебель с листочками уже почти без черешков и даже сидячими, наконец,
появляется рыхлое розоватое соцветие – ложный зонтик. Держится он весьма долго – с конца
мая по начало сентября. За это время сменится много скороспелых лепестков, пока останутся
одни носатые плоды. Повисят они, созревая, а как подсохнут – створки их закрутятся кверху,
сожмутся и с силой выкинут семена долу – живите! Так поступает не одна лесная герань, а
все многочисленные ее сородичи: род насчитывает до 250 видов, ютящихся в основном в
странах умеренного климата. В пределах нашей страны эту травку не встретишь на Нижней
Волге, в Крыму и в Причерноморье. Зато в средней полосе России ее сколько угодно.

    В народе лесной журавельник известен как булавки, кленовый лист, окорм хомячий,
усовная трава. Применялась опять же от колик, ломоты в костях (парили и прикладывали к
больному месту), от икоты. Из цветов умели получать желтую и синюю краски, не
выгорающие на солнце. Домашний скот из-под ноги не трогает ее, зато нравится она зайцам.
Беляк пощиплет – и то хорошо. Его ведь на скудном пайке не проведешь, знает, что пользу
дает и прыткости пособляет.

    Интересна герань кроваво-красная (G. sanguineum), ее нижние листья и основания стеблей
к осени краснеют. Лепестки окрашены в малиново-красный цвет. Встречается на лесных
опушках и по закустаренным местам.

    На болоте своя герань. Ее стебли не хуже плетей обвивают рослые травы, перекидываясь
порой на ветки щуплых ольх и березок. Для крепости стебли болотного журавельника (G.
palustre) кое-где перехвачены узлами – крепкими вздутиями. Когда опоры поблизости нет,
болотная герань клонится на землю, стелется. Цветки этого растения крупные, окрашены в
пурпуровый или светло-красный тон, составлены из пяти клинышков-лепестков. Народные
названия: авдотник, вовчуга, грабилица, грыжная трава, деревянка, стоколенец (на
междоузлия поделено). Лечились ею от грыжи, колик и колотья, настоями мыли голову от
глухоты.

    Очень близок гераням аистник, или журавельник цикутный (Erodium cicutarium). Этот
однолетний сорняк попадается на огородах, яровых полях, пустырях.

    Для натуралиста небезынтересно понаблюдать, как аистник зарывает свои семена в землю.
происходит это так. Спелый плод-клюв падает на нижние веточки травы, цепляется
закрученным носиком и повисает, опираясь утолщенной частью плода о землю. Теперь плод
начинает «следить» за погодой: к ведру носик закручивается, к ненастью – распрямляется,
постепенно ввинчиваясь в землю. Так же, кстати, заделывает свои семена и ковыль – реликт
дикой степи. Хозяйственный прок от аистника так мал, что его иначе как сорняком и не считают.

    Рассказывая о геранях, нельзя умолчать и об их ближайшей родственнице пеларгонии –
красивом комнатном цветке, который украшает окна посадских и деревенских домов. К слову,
одну из сестер комнатной герани выращивают в Закавказье для получения эфирного масла –
ценной душистой жидкости.